А впрочем. Всё ли было так.
   Да… Я тяжело больна. Давно и надолго.
   Многие считают меня очень рациональной, уверены, что я всё заранее планирую. Наверное,  не слишком добрая судьба приучила меня к порядку. Но вышло, что гланое в моей жизни я не планировала. Наоборот: не поверила бы скажи мне, что так случится. Я о литературной работе, о сказках.
   В детстве я считала сказку не литературой, а просто частью своей жизни. Настолько прочно сплавилась она с моей далеко не сказочной судьбой.
   С детства мне было необходимо много времени проводить на воздухе. У моря, в лесу. С собой всегда книжки: чтобы не так надоедело это прекрасное однообразие. Вот сидим у моря, и читает мне мама, скажем, о Русалочке, а потом темнеет и продолжение идёт в своём, устном варианте. И незамено сплетается с историей о Золотой рыбке. А где ни-будь в лесу, так же случайно, сказка о Спящей Принцессе перетекает в сказку о Спящей Царевне. Так вот и получилось: сказка и сказка, и снова сказка. А что ещё читать в раннем детстве.
      Но я подрастала. Море, лес оставались. Менялись книжки. Золоушку, Чёрную курицу потеснили Мльчишки с Миссисипи, жители волшебного Ураинского хутора. 
      А дальше была высокая взрослая литература. И книга, с которой я не растаюсь никогда. Книга о том, как лиловые тучи нависли над городом Иершалоимом, где Римский прокуратор Понтий Пилат, как ни старался, вынужден был умыть руки, так как не смог спасти бродячего философа Иешуа Га-Ноцри.
      О сказках я и думать забыла. Я думала о будущем. О будущей профессии. Так появились толстые учебники и книжки на английском и испанском языках. Заниматься языками мне нравилось и, главное, получалось. Преподаватели и те, с кем в то время работала, удивлялись высокому качеству, говорю без ложной скромности, моих литературных переводов. Однажы моя испанка удивилась другому: она почти не узнала заданный мне для перевода текст. Несложный. Какае-то мексиканская или перуанская то ли сказка, то ли легенда.
-  Ты что навыдумывала? У тебя получилась совсем новая сказка.
- Да нет, – оправдывалась я, – просто так интересней.
- Я и говорю – новыя сказка, – твердила испанка.
… Интересней? Новая?.. Так или иначе, но перевод мне пришлось переделать. Зато родилась первая моя сказка. Случайно. Хотя… 
    Примерно в это же время я лежала в больнице. Скучно, обидно, себя жалко.
    – Ты взрослая, – медсестра, которая знала меня лет двадцать, – протянула мне затёртый томик, -  но это – для всех. 
    СКАЗКИ! Больше случайностей не было. Теперь я знала: Сказки - это моё. А языки… Их я просто люблю.

    А теперь давайте подумаем, кому и зачем нужны сказки?
    Этот жанр я считаю необходимым. Сказка – это эпиграф жизни. Это молитва на сон грядущий, на грустное настроение, на плохую погоду. И для ребят, и для взрослых. Дети мудреют, взрослые возвращаются к чистому роднику детства, мягчеют, добреют, светлеют душой. Сказка – это связь поколений. В этом ее главное волшебство. Сказки надо читать и наедине, и всей семьей; за общим столом, сидя на полу, на траве… Это уже сказка о дружбе! Сказки, прочитанные вместе, помогут нам в… в чем? В той ситуации, что сейчас нас окружает.
     Да и просто в жизни. Такой не простой. Вот я, например. Я многого не могу.
     Самое печальное при этом не то, что ты не можешь сам сесть или, тем более, встать, подойти к окну…  

     Пожалуй, самый грустный момент тонко почувствовал мой старший товарищ, журналист, написав обо мне: «…она не может отложить все в сторону, выйти из дома, сесть в автобус или трамвай и через полчаса оказаться в другом конце города, подняться на лифте к дверям друзей и сказать: «Здравствуйте, а вот и я. Не ждали?»